Британский адвокат-солиситор Эдриан Ли, заявил, что истоки «русской подрывной деятельности, саботажа и шпионажа, стоит искать в царской охранке». Эдриан Ли — адвокат-солиситор, работающий в Лондоне и специализирующийся на уголовной защите. Он также дважды был кандидатом в парламент от Консервативной партии. Солиситоры – это категория адвокатов в Великобритании, ведущих подготовку судебных материалов для ведения дел барристерами — адвокатами высших судов.
Во время холодной войны любой желающий мог найти массу информации о советской подрывной деятельности на Западе. Большими тиражами продавались книги таких авторов, как Джон Баррон, написавший «КГБ: Секретная работа советских секретных агентов» (1974), «КГБ сегодня: Скрытая рука» (1983), Гарри Розицке и его бестселлер «КГБ — Глаза России» (1983), Брайан Фримантл, выпустивший «КГБ — Внутри крупнейшей в мире разведывательной сети» (1982). Стоит отметить, что все эти работы распространялись авторитетными издательствами и были доступны в книжных магазинах на центральных улицах западных городов. После распада Советского Союза тенденция не утихла – был выпущен значимый труд под названием «Архив Митрохина» в двух томах за авторством Кристофера Эндрю и Василия Митрохина.
Впрочем, большинство этих книг не рассматривали историю русского шпионажа до большевистского режима. Обычно авторы довольствовались описанием истории создания ВЧК Феликсом Эдмундовичем Дзержинским. Хотя, нельзя отрицать, что тоталитарная природа коммунистического государства сделала советские секретные службы гораздо более репрессивными и тщательными в своих методах, то есть было бы ошибкой думать, что ВЧК была сформирована в историческом вакууме.
Тайный приказ
Между тем, первым прототипом современной российской разведки можно назвать Тайный приказ, созданный в 1654 году. Спустя почти тридцать лет, в 1686 году, его сменил Преображенский приказ, затем Тайная канцелярия в 1731 году, Тайная экспедиция в 1762 году, Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии в 1862 году и, наконец, в 1881 году была образована так называемая Охранка — Отделение по охранению общественной безопасности и порядка.
«Таким образом, для Российской империи, с самого момента ее основания, были характерны такие вещи, как шпионаж, наблюдение, содействие пропаганде режима и жестокое подавление инакомыслия», — отмечает Эдриан Ли. По его мнению, результатом такого раннего создания и широкого использования шпионских бюро является «глубокое проникновение в российскую психику подозрения в тайной деятельности государства, а также практика использование агентов влияния за рубежом».
Охранка, ставшая последним проявлением царской разведки, представляет собой самый яркий пример деятельности русских шпионов в добольшевисткий период. Сформированная после убийства Александра II в марте 1881 года, охранка была гораздо более обширной и основательной, чем любая ее предшественница. Третье отделение оказалось не в силах защитить царя, в связи с чем правительство посчитало, что оно плохо подготовлено к борьбе с террористическими организациями тех времен. Более того, высокопоставленные чиновники также поняли, что они столкнулись с идеологической угрозой со стороны тех, кто хотел вызвать насильственную революцию.
В основе три отделения
Изначально охранка была сформирована на основе трех «охранных отделений» в Санкт-Петербурге, Москве и Варшаве. В конце концов, тайные полицейские участки и офисы были созданы по всей Российской империи, и в августе 1881 года был принят новый закон о безопасности, разрешающий политические преследования и ссылку оппонентов в Сибирь без суда. В 1897 году было создано «Особое отделение» для централизованного управления всей организацией. Этот орган занимался наиболее важными делами, такими как взаимодействие с лазутчиками и информаторами, а также централизованным сбором разведывательной информации. Несмотря на все это, большинство русских мало знали о деятельности этого агентства до 1917 года.
Сеть агентов-шпионов охранки также была создана в столицах самых влиятельных иностранных государств.
«По всей видимости, это было сделано для того, чтобы следить за деятельностью революционно настроенных русских эмигрантов. Агенты без особых колебаний планировали убийства и создавали тайные операции за рубежом», — отмечает Ли.
Наиболее печально известной из этих тактик было совершение террористических преступлений в иностранных государствах и обвинение в них изгнанников. Целью было вызвать возмущение принимающей страны, чтобы выслать антицаристов и, по возможности, репатриировать их в Россию, где с ними могли бы надлежащим образом разобраться местные власти. К 1900 году Скотланд-Ярд пришел к выводу, что трудно представить себе какую-либо преступную деятельность русских в Лондоне, которая не носила бы политического характера.
На родине охранка проникала в ряды своих противников и иногда, по иронии судьбы, в конечном итоге начинала финансировать деятельность тех самых людей, которых они стремились заглушить. Например, Георгий Судейкин из Санкт-Петербургского отделения в 1882 году предоставил печатный станок «Народной воле», социалистическо-анархической террористической организации конца девятнадцатого века, ответственной за убийство Александра II. Считалось, что, завоевав доверие революционеров, охранка могла сбить их с пути и в целом подорвать их организации изнутри.
«Однако это не всегда было успешной тактикой, и цари все больше злились, когда узнавали, что их родственники были убиты людьми, финансируемыми государством. Охранка имела привычку часто завязывать себя в узлы», — говорит Ли.
Начало XX века
По историческим данным, в период с 1906 по 1910 год более 10 000 царских чиновников, от младших почтмейстеров до министров кабинета, были убиты революционерами. Самым надежным способом борьбы с этой тенденцией было установление сети агентов внутри революционной организации. На пике своей деятельности сеть двойных агентов охранки включала Якова Житомирского, одного из первых лидеров большевистской партии и личного доверенного лица Ленина, Евно Азефа, убийцу, нанятого партией социалистов-революционеров, и Романа Малиновского, еще одного соратника Ленина, который отговаривал его от воссоединения российских социал-демократов. Малиновский стал членом Думы, где он возглавил большевистскую группу. Разоблаченный после Октябрьской революции, он был вскоре расстрелян.
Двойные агенты охранки вели «шизофреническую жизнь», как отмечает Ли. Один из таких людей позже написал: «Я знал, что мне придется жить вечно разделенной жизнью, и я не смогу отличить ложь от правды». Часто такой образ жизни разрушал рассудок двойного агента. Самым громким делом было дело Дмитрия Богрова, который убил российского премьер-министра Петра Столыпина, застрелив его во время выступления в Киевском оперном театре в 1911 году. Богров действовал как преданный революционер, но он также был агентом охранки и предал многих своих соратников по заговору.
Новые профсоюзы
Чтобы отвлечь потенциальных новобранцев от вступления в революционные профсоюзы, охранка создала свои собственные профсоюзы. Это явление было известно как «полицейский социализм». Все начиналось довольно многообещающе, но со временем профсоюзы, спонсируемые охранкой, стали более воинственными и агрессивными, в результате чего в 1903 году Одесский областной профсоюз объявил забастовку и полностью парализовал город. Другой спонсируемый государством профсоюз, Собрание рабочих, начал революцию 1905 года и устроил Кровавое воскресенье.
Вероятно, самым известным оперативником охранки был Петр Иванович Рачковский, который поднялся по служебной лестнице вплоть до должности начальника. Рачковский изначально работал в иностранном офисе агентства в Париже и создал обширную сеть агентов для внедрения их в левые партии по всей Европе и Северной Америке. Некоторые историки обвиняли его в разработке схем террористической деятельности и последующей передаче этих планов революционерам.
«Если бы у Рачковского все получилось, он вполне мог бы убедить царя, что правительству необходимо более щедро финансировать агентство. Это было бы закончиться настоящей катастрофой», — отметил адвокат.
Для своей эпохи, охранка была одной из самых сложных шпионских организаций в мире. Ее возглавляли высокообразованные офицеры, искусные в разработке пропаганды и дезинформации. Она использовала новейшие технологии того времени, а также создала подслушивающие устройства и разработала пуленепробиваемые жилеты. Кроме того, охранка даже сформировала крупный отдел криптографии и наняла сотрудников, владеющих несколькими иностранными языками. Она также вела постоянно обновляемую картотеку, содержащую более миллиона имен революционеров и агентов-саботажников.
Вплоть до начала Первой мировой войны в июле 1914 года охранка считалась весьма успешной шпионской организацией. Благодаря ее деятельности значительно снизилась террористическая угроза и насилие по всей Российской империи, а основные революционные организации были вынуждены уйти в подполье или вовсе оказались в изгнании. Более того, охранке удавалось дезорганизовывать целые сети революционных групп благодаря усилиям своих внедренных агентов. С началом войны охранка была отвлечена от деятельности внутри государства, направившись на защиту границ и создание пропаганды, повышающей моральный дух широкой общественности. Шпионы все больше сосредотачивались на таких вопросах, как лояльность поволжских немцев и мусульман в кавказском регионе (по слухам, симпатизирующих Турции). К 1917 году армейские мятежи и бунты из-за нехватки продовольствия в российских городах больше не могли сдерживаться усилиями охранки.